«Мой Лестрейд — ограниченный солдафон!»

Михаил Боярский рассказал «МК» в Питере», как снимался в сериале о Шерлоке Холмсе

05.12.2013 в 09:21, просмотров: 4220

Михаил Боярский неожиданно для себя и зрителей стал инспектором Лестрейдом в новой версии «Шерлока Холмса», которая сейчас идет по ТВ. Туповатый вояка в исполнении «мушкетера» вызывает весьма неприятные эмоции, но тем положительнее на его фоне Шерлок с доктором Уотсоном. О том, как Боярского уговорили на эту роль и что он думает о сериале, актер рассказал нашему корреспонденту.

«Мой Лестрейд — ограниченный солдафон!»

«Пообещали, что буду играть у дома и по ночам»

— Кто озвучивал Андрея Панина, который погиб после съемок?

— Точно не знаю. О гибели Андрея Панина я услышал по телефону, и потом была огромная пауза. Озвучение все время откладывалось. Какое решение приняло руководство в итоге, я не в курсе. Знаю только, что был подобран актер с похожим голосом. Что касается меня, озвучивал не всю роль, а только те фрагменты, которые были в браке из-за посторонних шумов. Я приезжал в Москву два раза. Впечатление по моим эпизодам сложилось весьма неплохое.

— Вам сразу предложили роль инспектора Лестрейда, или были варианты?

— Сразу. Я был в тот момент на Мальдивах и, конечно, тут же отказался. Потом был еще звонок, и еще, я продолжал отказываться. В итоге мне сказали: «Вы ставите группу в безвыходное положение. У них и так долго утверждали Холмса, были очень серьезные споры по этому поводу». Я узнал, кто будет сниматься, оказалось — это полстраны. Тогда немного смягчился. Но я предупредил группу: «Я вас подведу обязательно, я очень занятой артист…»

Я не представлял, что от меня требуется, и не знал, как играть эту роль. Но по телефону все-таки в итоге дал согласие и потом долго не подписывал договор. До тех пор, пока режиссер Андрей Кавун не объяснил мне, что все это будет сниматься только в Петербурге, я буду играть напротив дома и ночью, так что никаких проблем со спектаклями, гастролями, поездками не возникнет. Только после этого я спросил о своей актерской задаче.

«Конан Дойль лучше, чем Кукушкин!»

— А изначально вы отказывались из-за занятости?

— Нет, я был удивлен. Недавно вышли американская, английская и французская версии «Шерлока Холмса». Да и наша картина, с Ливановым, идет пять раз в год. Я не очень понимал, что Кавуна побудило снимать все это заново. Андрей ответил мне убедительно: мол, всякая классика имеет право не на один авторский взгляд. В тот момент мне поступали другие предложения, но… одно дело Конан Дойль, а другое — какой-нибудь Кукушкин. Их сравнивать нельзя. Этот современный мусор (я имею в виду сценарии) у меня дома до сих пор валяется, не роли — мешки на 12–16 серий. Так что я могу разбогатеть на макулатуре.

— Как режиссер объяснял вам задачу?

— Мы вернулись к первоисточнику. В книге мой герой — тип неприятный. По существу он необходим, чтобы оттенить превосходство Холмса. Он очень ограниченный, тупой, но… тупым можно быть по-разному. В данном случае мне предложили сыграть человека жестокого и верящего в закон, справедливость. Он верен присяге, и хоть ты тресни! Это солдафон, преданный своей профессии насмерть. Он не желает идти на компромисс с человеком, не служащим в полиции.

— А какая из версий «Холмса» вам нравится самому?

— Во всех версиях «Холмса» мой персонаж не является ключевым. Что касается главного героя, все-таки в этой роли нет равных Василию Ливанову. Потому что его работа — актерская. А все остальные, которые я видел, связаны с кинотехникой. Там короткие планы, хороший монтаж, спецэффекты, потрясающая операторская работа. А как сыграл актер — поди разбери. То же самое чувство у меня возникало, когда я смотрел «импортные» версии «Трех мушкетеров». Вот почему мне кажется, что Владимир Балон, который ставил в наших «Мушкетерах» фехтование, лучший из всех. Остальное, что я видел, не впечатляет.

Там дерутся в кадре 1–2 секунды. Удар — стоп, удар — стоп. Потом монтируют. И ничего не понять, а у Балона сцены состояли из 4–5 кадров, где нужно было выучить всю партию. И это были понятный визуальный бой и актерская работа. Так что, когда в разных современных версиях «Холмса» все время чикают героя на монтаже, не видно ни глаз, ни души. А у Василия Ливанова очень хорошо и тонко прослеживается персонаж. Этот герой был сыгран, Ливанову дали такую возможность. Другие артисты, может, могли бы и лучше сыграть. Но им не дали шанса.

Не платье красит Д`Артаньяна

— Не смущает, что миссис Хадсон — не пожилая дама, а сексуальная Ингеборга Дапкунайте?

— Хадсон могла бы быть и Рина Зеленая, и Фаина Раневская, и другая актриса… Но найти такую вот хрестоматийную Хадсон в сегодняшних реалиях очень сложно. В образе Ингеборги есть прелесть. Она — как бы будущая миссис Хадсон. Очень милая и приятная. Что добавляет картине шарма и пикантности.

— Если уж заговорили о трех мушкетерах, пойдете смотреть версию их приключений от Сергея Жигунова?

— Это кино на большом экране смотреть не буду. Наверное, получился коммерческий вариант, не самый интересный. А вот показать материал целиком на CD, когда будет закончена компьютерная графика, Сергей мне обещал. Я не люблю смотреть урывками. Да и времени у меня нет для похода в кинотеатр: либо спектакль, либо футбол, либо с внуком сижу. Лучше ночью поставить диск и посмотреть все кино сразу.

— Вы сейчас снимаетесь в новогодней сказке у Александра Игудина. И тоже в ней мушкетер. Чем-то отличаетесь от образа того Д`Артаньяна, которого полюбила вся страна?

— По сценарию три богатыря из сказки попадают во Францию и там встречают Д`Артаньяна. Так что мой мушкетер классический. Если я буду играть его в современной трактовке — голого, к примеру, или в женском платье, получится черт знает что! Возможно, конечно, в наше время, что Д`Артаньян без слов или одноногий, с трубкой и одним глазом, но тогда это должна быть пародия на классический персонаж. В такой трактовке я бы сыграл его безногим, картавым, одноглазым, даже ходить стал бы задом наперед.

— Шляпу свою для сказки уже примеряли?

— Да разве в шляпе дело? Не платье украшает человека, а уж Д`Артаньяна — тем более!

 

Фото: kinomania.ru