Врач скорой помощи — о наглых пациентах и беззащитных женщинах-докторах

Начало нового года оказалось непростым для скорой помощи, сотрудники которой регулярно становились то жертвами нападений, то хамства

16 февраля 2017 в 14:56, просмотров: 1089

Так, в январе в центре Петербурга водитель иномарки набросился с ножом на врача. После этого несколько раз карету скорой демонстративно не пропускали на городских улицах. А на днях произошло сразу два ЧП. В Саратове пятеро мужчин попытались изнасиловать прибывшую по вызову женщину-фельдшера, а в Сургуте избили еще одного медика. Заместитель главврача по скорой медицинской помощи городской поликлиники № 51 Игорь Якушев рассказал «МК» в Питере», как защитить медиков от агрессоров.

Врач скорой помощи — о наглых пациентах и беззащитных женщинах-докторах
Фото: Из личного архива героя

О пациентах, которые бьют врачей

— В скорую я пришел в июне 1990 года. Материально в те времена было тяжело, все-таки платили меньше. Но в остальном работалось легче, чем сейчас. В 90-х медицина была еще искусством врачевания, а сейчас она стала услугой. Причем в случае со скорой еще и бесплатной. Отсюда и неуважительное отношение к медикам. Оно проявляется и в оскорблениях (особенно часто достается диспетчерам, хотя они ни в чем не виноваты), и в том, что на машины скорой помощи часто нападают, а врачей избивают. Таких историй масса. Одна из них случилась, например, несколько лет назад в нашем отделении. Ночью в дверь постучали двое крупных мужчин, им открыл молодой доктор, который был на дежурстве. У одного из посетителей была травма, и наш врач направил его в травмпункт — в соседнее здание. Они вместо того, чтобы пройти несколько метров, с криками: «Лечи давай!» набросились на нашего доктора. Он, к счастью, сейчас жив-здоров, по-прежнему работает на скорой. Нападавшие не понесли ответственности: дело закрыли, потому что не было тяжкого вреда здоровью... В некоторых регионах врачам уже выдают индивидуальные средства защиты: шокеры, травматическое оружие. Я категорически против. Потому что все это можно использовать против самого доктора. В отличие от полицейских нас не учат обращаться с оружием. Нас учат диаметрально противоположному. Чтобы обезопасить медиков, нужно принять закон о защите врачей: наказание за избиение доктора должно быть серьезнее, чем за избиение обычного человека. Потому что доктор находится при исполнении, на службе. У нас уже так защищены полицейские, пожарные, военные. А чем хуже скорая помощь? Но пока такого закона нет, мы пытаемся обезопасить хотя бы женщин-медиков. Например, у нас в отделении они в одиночку на вызовы не ездят. В бригаде обязательно должен быть либо мужчина, либо еще одна женщина.

О мигрантах и паникерах

— Еще одна большая проблема — необоснованные вызовы. В прежние времена из-за каждого «чиха» в скорую никто не звонил. Сегодня в России больше 300 вызовов на тысячу населения в год (для сравнения: в соседней Финляндии на порядок меньше). Причем поводы для звонков зачастую смехотворные. Если температура 37,5, то, наверное, не стоит паниковать и звонить «03». А у нас так и делают, да еще и жалуются, если скорая не приехала в течение 20 минут. Хотя такой норматив установлен только при состояниях, угрожающих жизни. В остальных случаях скорая должна прибыть в течение двух часов. Помню, нас вызвал пациент, у которого два дня болел живот. К врачу он почему-то не обращался, но на исходе вторых суток вдруг решил, что ему нужна скорая. А тогда как раз был пик заболеваний гриппом, количество обращений выросло в несколько раз, и наша бригада к этому человеку приехала не сразу, а в течение часа. Так он отправил жалобы во все инстанции!

Какие еще были вызовы? Помню, человек жаловался на недельный кашель и просил, чтобы мы его «послушали». Распространенный случай: «Мне не нравится мой участковый, давайте вы приедете, посмотрите меня». Бывает, звонят и говорят: плохо с сердцем. Бригада мчится, а на месте выясняется, что это просто муж с женой поругались и один из них, чтобы показать, как он глубоко оскорблен, лежит, держась за сердце. Причем после осмотра оказывается, что с сердцем все в порядке.

Еще одна проблема — трудовые мигранты из стран СНГ. Зачастую у них нет ни денег, ни полиса ОМС. Куда они обращаются? Естественно, в скорую. «Доктор, помоги, но у меня нет документов, запиши паспорт брата». И мы помогаем каждому. А что делать, это же человек!

О том, когда надо вызывать скорую

— Несколько лет назад в Ставропольском крае в качестве эксперимента ввели небольшую плату за необоснованные вызовы скорой. Где-то через полгода количество обращений снизилось на треть. Я не предлагаю сделать то же самое в Петербурге. Но необходимо создать четкие инструкции для населения, когда обращаться в скорую, а когда — в поликлинику. Пока таких правил нет, я бы посоветовал действовать следующим образом: если человек не в состоянии дойти до поликлиники или дождаться участкового врача дома — пусть вызывает скорую. И совсем другое дело, если он каждый день ходит на работу, а в «03» звонит только потому, что не может из-за своего графика попасть к участковому. Или просто не хочет. Сколько раз у меня было: приезжаешь на вызов, звонишь в домофон, а там раздается неторопливое: «А кто там?» Поднимаешься наверх — и следующий вопрос: «А бахилы у вас есть?» Если бы в соседней комнате человеку действительно было плохо, никто бы не интересовался бахилами. Проблема в том, что, пока мы ездим к таким людям, может поступить действительно серьезный вызов. А ни одной свободной бригады не будет. Поверьте, каждый врач скорой помнит тех людей, которых он по той или иной причине спасти не успел. Поэтому я бы хотел ездить на те вызовы, где действительно нужна наша помощь. Там понимаешь, что занимаешься важным делом. А вот сопли вытирать я не хочу, уж извините.

О мигалках и иномарках

— К счастью, в последнее время стало меньше случаев, когда карету скорой помощи не пропускают на дороге. Приятно, когда ты едешь на вызов с «мигалкой», а люди пододвигаются, дают дорогу. Значит, понимают, чем ты занимаешься. Кстати, чаще всего пропускают водители на премиальных иномарках. Бывает другая история: попадаешь в пробку, в которой все стоят, ни туда, ни сюда. Я сам много лет за рулем и знаю, что даже в уличном заторе можно сдвинуться. Было бы желание. Но иногда такого желания нет, и поэтому приходится выходить из машины, подходить к каждому водителю и уговаривать его подвинуться.

О зарплатах

— Сейчас врачи скорой помощи в Петербурге зарабатывают около 60–70 тысяч рублей. Но, чтобы столько получать, надо работать на износ. Большинство моих коллег трудятся по схеме сутки через двое (чаще нельзя по закону), а в свободный день еще где-то подрабатывают. За счет уровня наших зарплат Петербург перетягивает докторов из других регионов. Но, несмотря на это, в скорой все равно много вакантных мест. Причем самая большая проблема — нехватка педиатров.

О необычных вызовах

— Однажды нас остановили по дороге на вызов: на лесопилке мужчине в шею попала щепа. Приезжаем и видим страшную картину: щепа оказалась двухметровой, и она пробила шею насквозь. При этом человек в сознании! Но непонятно, как его везти в больницу, он в машину даже не влезает. В итоге мы аккуратно обрезали щепу. Доктора в больнице поразились, когда увидели нашего пациента. И его, кстати, спасли. Немало необычного было и в 90-х годах. Однажды мы приехали на вызов, позвонили в дверь. Открывают. А за дверью — человек с пистолетом. Машет им в нашу сторону: «Ну, заходите...» Потом оказалось, что плохо стало не последнему человеку в петербургском преступном мире. Его сообщники не знали, кто может нагрянуть в квартиру, а потому на всякий случай встречали нас с оружием в руках.




    Партнеры