Полицейский, допустивший побег маньяка Литовченко, не согласен со своим увольнением

Побег особо опасного рецидивиста Евгения Литовченко из-под носа питерских полицейских стал одним из главных потрясений года

Оказавшись на свободе, беглец изнасиловал и убил 18-летнюю девушку на Украине. ГУВД сразу же уволило четырех сотрудников — двоих оперов и двоих начальников. Но больше всех досталось молодому офицеру Евгению Костюку, который конвоировал маньяка. В отношении него возбудили уголовное дело. Однако Костюк и его начальник Румянцев подали в суд иск о восстановлении на работе. «МК» в Питере» побывал на процессе, который пролил свет на неожиданные обстоятельства того рокового дня. Оказывается, старшие товарищи оставили молодого Костюка с маньяком один на один в лесу…

Побег особо опасного рецидивиста Евгения Литовченко из-под носа питерских полицейских стал одним из главных потрясений года

Четверо «виноватых»

6 июня особо опасного преступника, обвиняемого в изнасилованиях и убийствах, Евгения Литовченко, доставили на следственные действия в лесной массив близ города Отрадное Кировского района Ленобласти. Он должен был показать место, где якобы спрятал тело убитого мальчика Паши Костюнина. Но, вопреки инструкции, конвоиры не пристегнули Литовченко к себе. Бегство подозреваемого и обвиняемого как минимум в 11 сексуальных преступлениях 43-летнего рецидивиста от полицейских шокировало страну. Этот побег стоил жизни 18-летней Алине Тимощук — Литовченко изнасиловал и убил ее по дороге к Черному морю.

Как сказали «МК» в Питере» в ГУВД, в результате после этих событий были уволены 4 сотрудника. Мы узнали, что ими стали двое оперативников, которые осуществляли конвой, — Евгений Костюк (с 3-летним стажем работы) и его старший товарищ Денис Царев (с 20-летним стажем). Управление уголовного розыска также «выплюнуло» двух сотрудников высшего звена — непосредственного начальника оперов-конвоиров Александра Румянцева, начальника ОРЧ № 4 Валерия Булычева (он не уволен из ведомства, но освобожден от своей должности).

Но Костюк и Румянцев не согласились с увольнением и подали гражданский иск о восстановлении на службе. Еще в июле Смольнинский райсуд отказал Румянцеву в удовлетворении его иска, и сейчас он обжалует это решение в горсуде.

А вот трудовой спор Костюка — в самом разгаре. Евгений — тот самый молодой человек, который остался в лесу один на один с маньяком Литовченко и допустил его побег. Именно к нему у общества больше всего вопросов: почему не пристегнул рецидивиста к себе, почему не догнал? Как вообще получилось, что скованный наручниками Литовченко оказался хитрее, быстрее и ловчее? Чего только ни писали про Евгения в прессе: якобы, когда Литовченко побежал, полицейский испугался и стоял как истукан, испугавшись «хромого» маньяка… Между тем на судебных заседаниях Костюк раскрывает иные детали тех печальных событий, проливающие свет на работу всей полицейской системы.

Сам задержал, сам упустил

25-летний Евгений Костюк — невысокий, но крепкий молодой человек спортивного телосложения. Его взяли на работу в полицейский главк сразу после питерского университета МВД, который он закончил с «красным» дипломом, горящим взором и «блестящими» показателями (как потом скажут его начальники). Евгений занимался раскрытием тяжких преступлений — убийств, изнасилований… По словам товарищей, был фанатиком своего дела. Амбициозный, добросовестный.

Именно Костюк раскрывал сексуальные преступления Литовченко. Он же его задерживал, скручивал и «ложил на асфальт».

— Задержание Литовченко — заслуга Костюка и Царева, — так и сказал на суде бывший начальник ОРЧ № 4 Валерий Булычев.

Однако помимо основной работы опером Костюка, как и многих других полицейских, привлекали еще и для конвоирования. Вообще-то, конвойная служба — это отдельное подразделение полиции, где работают «специально обученные люди».

— Но если заказывать официально конвой, то это может занять одну-две недели, — пояснил суду полковник Булычев. — Иногда Следственный комитет нас торопит, требуется незамедлительное проведение следственных действий, тогда мы можем привлекать своих сотрудников из так называемой резервной группы.

Но чтобы заниматься конвоированием, полицейские должны проходить инструктажи, сдавать зачеты, где им объясняют, как правильно себя вести, чтобы не допустить побега арестанта. Например, один безоружный конвоир должен пристегнуть того к себе наручниками и не отстегивать до конца следственных действий.

Хотя Булычев сказал суду, что «даже постовой знает правила конвоирования», тем не менее порядок такой — если полицейский привлекается к этой дополнительной работе, его надо проинструктировать.

Костюк уверяет, что его не научили важным правилам, а о своих ошибках он узнал только после побега… До этого он конвоировал Литовченко около 10 раз, и никто ему не пенял, что он делает что-то неправильно. Ни начальник, ни следователь.

Босой и быстрый

На суде Евгений подробно описал, как Литовченко удалось сбежать.

6 июня следователь из СУ СК Ленобласти вел арестанта на поиски трупа Паши Костюнина. Костюк и его старший товарищ подполковник Царев осуществляли оперативный конвой особо опасного рецидивиста. Надо было с оружием и втроем, а они это делали без табельного оружия и вдвоем.

— Литовченко попросил снять кофту, потому что было жарко. Я отстегнул наручники, он снял кофту, затем я опять пристегнул ему руки спереди, — рассказал Евгений Костюк. — Так он и ходил со сцепленными спереди руками.

Евгений отцепил маньяка от себя — и следователь, и напарник это видели и ничего не сказали. Более того, по словам Евгения, следователь отправил конвоиров в лес с Литовченко, дескать, идите, ищите труп. А сам… с ними не пошел!

В лесу Царев почему-то покинул Костюка, то ли отвлекшись на телефонный звонок, то ли по другой причине. В итоге Евгений остался с арестантом один на один. Литовченко решил облегчиться.

— Он справлял нужду, я стоял в 3 метрах рядом, сбоку. Я был с палкой, ковырял яму на предмет обнаружения трупа, — рассказал суду Евгений. — Потом Литовченко начал движение, я положил палку и пошел за ним...

В какой-то момент «Литовченко ускорился».

— Я сделал ему замечание: «Женя, стой!», и тоже ускорился, — вспоминает Евгений.

Когда Литовченко побежал, Евгений сразу же бросился за ним, перепрыгивая через поваленные деревья.

— Я побежал за ним, достал пистолет, перезарядил его... дослал патрон в патронник... выстрелил в его сторону, все это было сопровождено криками «стоять!».

На ходу Литовченко успел сбросить резиновые сапоги большого размера и бежал босиком по знакомому ему лесу. По иронии судьбы, эти сапоги преступнику дал сам Костюк — накануне ему сказали, что Литовченко повезут в лес, а тот был в тапочках, поэтому Евгений добросовестно выдал арестанту резиновые сапоги своего тестя…

Костюк не догнал босого Литовченко. Поскользнулся о бурелом, подвернул ногу…

Судья Зоя Смирнова слушала Евгения и пыталась понять одно: зачем полицейский отцепил Литовченко от себя? Она много раз задавала ему этот вопрос. Костюк пытался убедить: ну, «не знал», что этого делать нельзя, а из старших никто никогда за 3 года ему не объяснил.

Заседание суда проходило эмоционально.

— Вы отцепили от сцепки с собой задержанного, отпустили его на расстояние от себя и создали ему все благоприятные условия, чтобы он сбежал, притом хромая!.. Как вы могли его не догнать, если он хромал? — недоумевала судья.

— Он не хромал, откуда вы знаете, что он хромал! — возмущался Костюк.

— Читала из прессы, что он хромал, — сказала судья. — А если даже не хромал, то как вы могли сделать две вопиющие ошибки? Снять его со сцепки и отпустить на расстояние! Здесь не надо никакого юридического образования, чтобы понимать, что перед вами — элемент, излучающий опасность, он должен был вас насторожить…

— Значит, на тот момент не насторожил...

— Вы сотрудник, а рядом убийца стоит!..

Евгений на одном дыхании выпалил:

— Кроме меня там стоял старший следственной оперативной группы, товарищ следователь, который руководит всем процессом, он мне не говорил прицепить его к себе, он ему говорил: «Иди в лес и ищи труп!» Подозреваемый идет и ищет труп.. Я пошел за ним, а когда он побежал, то я побежал вслед за ним и стрелял в его направлении! Да, я сделал все что мог! Как его нужно правильно конвоировать — я не знал!..

— А закон о полиции вам был знаком?

— Да, но в нем не написано, как конвоировать подозреваемого...

— И в университете не было каких-то лекций о том, как правильно проводить конвоирование?

— Как конвоировать — нет. Поймите, это не входит в обязанности оперативников.

— …А с вами проводились устные инструктажи?.. Я не по приказу, по жизни спрашиваю. Вас устно инструктировали?

— Нет!

— Ни разу?

— Нет!! Да я же говорю вам, никому это не надо было, никто этим не занимался! Вы поймите меня, я здесь не играю в какую-то игру!..

По словам Евгения, на ошибки конвоирования ему указали только после побега Литовченко, вечером того же дня в кабинете замначальника управления уголовного розыска полковника Олега Колесникова.

— На том совещании мне объяснили все наши ошибки: что мы были не вооружены, что мы были не по форме одеты, что он не был пристегнут ко мне, что нас в конвое было двое, а не трое… что с нами не было проведено инструктажа… Объяснили в десять вечера после побега. …Если бы я до этого знал, как правильно все делать, я бы сделал все, как нужно. Так, как делал всегда, и в университете, и за время своей службы…

Спасти начальников!

— В тот же день 6 июня около одиннадцати вечера нас с Царевым вызвали в здание ГУ МВД, в кабинет полковника Колесникова, — рассказал суду Евгений. — На беседе также присутствовали начальник ОРЧ № 4 полковник Булычев, замначальника 8-го отдела Андреев. Мы рассказали, что произошло. Нам сказали, что сейчас будет проведена служебная проверка, по результатам которой на 99 процентов нас уволят. Что нам будут задавать вопросы, изучали ли мы приказы по конвоированию, были ли проведены с нами инструктажи, как правильно конвоировать… Нам объясняли, что если мы ответим, что с нами ничего не проводили, то вслед за нами наказание понесет высшее руководство… неизвестно, вплоть до какой инстанции… По нам вопрос уже решен, но от наших объяснений зависит судьба нашего руководства… И если мы скажем, что инструктаж все-таки был…

Тогда Евгений, по его словам, будучи «в нервном состоянии», внял доводам полковников и заявил во время ночной проверки, что был знаком с приказами, с правилами конвоирования. Но спустя короткое время он, видимо, понял, что его увольнение — это волчий билет в карьере, и решил говорить правду. Подал иск о восстановлении на работе.

Пока ГУВД не предоставило в суд никаких письменных доказательств, что «новобранца» Костюка когда-то действительно знакомили с правилами конвоирования. На недавнем заседании представитель ведомства неуверенно заявил, что «журналы или ведомости с подписями Евгения Костюка, подтверждающие, что он проходил инструктаж по конвоированию», возможно, предоставят в следующее судебное заседание... «если они существуют».

С маньяком работали мягко

Впрочем, бывший начальник ОРЧ № 4 Валерий Булычев заявил суду, что Костюк наверняка «знал, как правильно действовать». Однако уверил, что Евгений — не единственный виноватый в этой истории.

— Мы потом досконально разбирали все... Там, конечно, нарушения были допущены со всех сторон, начиная со старшего следователя по особо важным делам следственного комитета Ленобласти… Комитет забирал Литовченко на уличную, а на самом деле они даже не пошли в лесной массив... Вина их неоспорима, они нарушили все инструкции, какие возможно... Оставили Костюка один на один…

Кроме того, Булычев рассказал и про психологический аспект работы с Литовченко.

— Литовченко — сексуальный маньяк, и по практике мы знали, что с ним надо работать мягко, не грубить, входить в доверие... И это постоянно говорилось и Костюку, и Цареву и, видимо, тоже сыграло свою роль…

На вопрос, почему конвой не был вооружен, полковник пояснил, что, скорее всего, это связано с тем, что с некоторых пор полицейским запретили брать табельное оружие домой, и им приходится являться за ним каждый раз в дежурную часть…

— Накануне в 23 часа они только закончили работу, пока поехали домой отдохнуть… А с 7 утра им опять на службу…

— Кому это интересно, если есть правило и порядок, который надо соблюдать… — выдохнула судья.

Между тем Евгений Костюк взял с собой травматический пистолет по своей собственной инициативе. И когда его оставили одного с особо опасным рецидивистом в лесу — стрелял именно из него.

Костюк сегодня единственный «крайний» в этом побеге. В отношении него возбуждено уголовное дело по статье «злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия». А ведь еще три года назад молодой человек шел на службу с наполеоновскими планами, с безупречной репутацией и блестящим образованием, готовый, как губка, впитывать опыт старших офицеров…

 

Фото: 78.mvd.ru

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №39 от 24 сентября 2014

Заголовок в газете: «Я бежал за ним, я стрелял…»

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Реклама

Популярно в соцсетях

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру