Голодать не привыкать: цены толкают петербуржцев к экономии на еде

Сегодня многим пенсионерам без помощи детей и огорода приходится несладко, молодым петербуржцам, впрочем, не легче

16 июня 2021 года с одобрения парламента Санкт-­Петербурга из регионального законодательства убрали понятие «потребительская корзина». В связи с новой методикой расчета МРОТ и прожиточного минимума оно больше не актуально. Документ, принятый депутатами в третьем чтении, ушел на подписание губернатору.

Сегодня многим пенсионерам без помощи детей и огорода приходится несладко, молодым петербуржцам, впрочем, не легче
При сегодняшних ценах решить, что купить совсем непросто.

С начала 2021 года прожиточный минимум определяется как часть медианного среднедушевого дохода (44,2%), а МРОТ — на уровне 43%. Ранее оба эти значения рассчитывались исходя из стоимости потребкорзины. Новые методики вычисления понятны разве что чиновникам и финансистам. Обычным петербуржцам достаточно взглянуть в строку «Итого» в магазинном чеке, чтобы понять, насколько изменилась стоимость пресловутой «продуктовой корзины». Интересно, что данные официальных исследований на тему изменения цены на основные продукты питания расходятся. Так, Минсельхоз сообщил, что с 2020 года цены выросли на 8,2%. Аналитики международной аудиторско-­консалтинговой сети FinExpertiza подсчитали, что стоимость 24 продуктов, которые были определены правительством как социально значимые, или базовые (курица, рыба, масло, молоко, хлеб, крупы, овощи и т. д.), только в марте 2021 года выросла в среднем на 15,6% в годовом выражении. Таким образом, рост на базовые продукты в 2 раза обогнал продовольственную инфляцию и в 2,7 раза — общий индекс потребительских цен на все товары и услуги. Данные Петростата также не радуют, стоимость минимального набора продуктов питания в ценах мая 2021 года составила 5488,09 руб­ля в расчете на месяц. Это на 2,1% выше, чем в апреле 2021 года.

ЖИТЬ ПО АКЦИИ

«Я снимаю квартиру со своей девушкой, и для нас рост цен на продукты был весьма ощутимый. Например, в январе этого года наша средняя продуктовая корзина на неделю стоила около 3000 руб­лей, и этого было вполне достаточно для двоих. Сейчас продуктов на эти деньги мы возьмем в разы меньше. А наша «январская корзина» сейчас стоит на 1000–1500 руб­лей дороже. Так что приходится сильно ужиматься, — делится наблюдениями житель Петербурга Алексей Ходус. — В основном цены выросли на хлеб, яйца… Притом что мы не едим такие продукты, как колбаса и сыр».

Фото из личного архива Алексея Ходуса

Алексею 23 года, молодой парень, недавно окончивший университет, сейчас работает специалистом по тестированию новых технологий. Живет вместе со своей девушкой в съемной квартире. Он работает, девушка оканчивает университет. Для ребят это первый опыт самостоятельной жизни отдельно от родителей.

«При съеме квартиры денег на еду остается катастрофически мало. Честно говоря, мы стали гораздо меньше есть. Мы перестали покупать сладкое, фастфуд не потому, что мы худеем или перешли на правильное питание. Просто цены на такие продукты неуклонно растут. Единственное, что мы можем себе позволить, это покупать такие вещи по акциям, — говорит Алексей. — Мы иногда живем по акциям, и это вообще не сахар».

У ребят совместный бюджет, вместе платят за квартиру и продукты питания. При этом отмечают, что бывают моменты, когда действительно трудно. В такое время им помогают родители: деньгами и продуктами. Поэтому ситуация у молодых людей не безвыходная.

«Сейчас, на мой взгляд, общество пришло к тому, что дешевле прийти в ресторан и заказать ­что-то, чем купить продукты и приготовить дома самому. Из-за роста цен на продукты ухудшается уровень жизни, в том числе здоровье, потому что люди вынуждены готовить более дешевую и плотную пищу, которой хватит надолго, — рассказывает Ходус. — Из-за роста цен приходится выкручиваться и ужиматься. Естественно, свежее вкуснее, чем замороженное, но выбора с такими ценами просто нет».

Ребята говорят, что создается впечатление, будто из Санкт-­Петербурга пытаются сделать вторую Москву именно по ценам, но московских зарплат в Петербурге почти не встретишь.

«СПАСАЕТ МИЛЫЙ ДОМ»

Если молодежи помогают родители, то людям старшего возраста помогают дети. Иначе никак. Елена Павлович раньше работала на авиационном заводе полировщиком. Полировала титан на двигателях самолетов, которые отсылали в Индию. По вредности вышла на пенсию в 50 лет. Сейчас ей 73 года, и пенсия, как поделилась с нами Елена Даниловна, «не ахти» — около 13 тысяч руб­лей. Спасает свой дом и свое хозяйство.

Елена Павлович

«Рост цен меня, конечно, сильно затронул. Я пенсионерка, и денег, прямо скажем, у меня не много. Хорошо, что есть семья и собственный дом. Да и дочь помогает, покупает мне продукты. Поэтому не голодаю, — говорит Елена Даниловна. — С тысячей руб­лей сейчас в магазине делать нечего. Раньше можно было прилично покушать на такие деньги, купить продуктов на пару дней, возможно, даже на неделю. Теперь вот спасает милый дом. Куры, грядки. Только так».

Елена Даниловна выращивает у себя на участке зелень и продает ее в городе. Такой вот заработок в 73 года — и с людьми общаешься, и копеечку имеешь. «Ягодой не торгую, уж извините, сами едим», — улыбается пенсионерка.

«ЗАКОНЫ РЫНКА — ЭТО СКАЗКА»

Что делать с растущими ценами, не особо понятно. Правительство пытается их регулировать, принимает меры, но, как мы видим, пока это не особо помогает. «Единственное, что у нас не привязано к доллару, это зарплата», — смеется петербуржец Дмитрий Федоров.

Дмитрий Федоров

Мужчине 54 года, работает системным администратором, веселый и рассудительный.

«Некоторые вещи подорожали чуть ли не в два раза. Продукты, мое субъективное ощущение, выросли в цене процентов на 20–25. Если раньше можно было закупиться на условную тысячу руб­лей, то сейчас тот же набор продуктов выйдет на 1200–1300 руб­лей. Теперь обычный поход в продовольственный магазин стал существенно тяжелее финансово. Уровень жизни, естественно, падает, — делится с нами Дмитрий. — Если сравнить период 5 лет, зарплата не сильно изменилась, но вот 5 лет назад на эти же деньги я мог позволить себе ­чего-то дополнительно. А сейчас хватает только на пожить».

Принятые государством меры по сдерживанию роста цен мужчине импонируют, но для него это вопрос спорный.

«С одной стороны, законы рынка — это красивая сказка, а с другой стороны… Обычно вмешательство государства приводит только к худшему результату. То, что рынок сам себя будет регулировать, — это туфта, — отмечает Дмитрий. — Но вмешательство государства в рынок обычно приводит к дефициту, это прямой путь к карточкам, станет только хуже. Нужен баланс, но лично я не могу даже предположить какой».

«СТАРАЮСЬ МЕНЬШЕ ЕСТЬ»

В этом вопросе с Дмитрием созвучен Владимир Леонович, 35‑летний специалист по общим вопросам на заводе Hyundai.

Владимир Леонович

«Повышение цен, на мой взгляд, волнует многих, и меня в том числе. В стране ведь инфляция, все растет. Главное, чтобы и зарплаты при этом росли. А получается, что зарплаты не успевают за ростом цен. И я не знаю, что тут можно предложить. Регулирование цен не поможет, а, напротив, будет мешать среднему и мелкому бизнесу развиваться, пропадет стимул. Должен быть ­какой-то баланс между вмешательством и невмешательством. Если и должна быть ­какая-то регуляция, то исключительно на локальном уровне», — объяснил Владимир.

Рост цен лично для него был не особо заметен, но стоимость некоторых продуктов заставила его удивиться.

«Некоторые продукты, конечно, сильно подросли в цене, но я в принципе стараюсь меньше есть. Меня больше волнует, что кофе подорожал, сахар, сигареты, — говорит Леонович. — За два года средний чек в магазине вырос руб­лей на 500. Если говорить условно, года три тому назад можно было спокойно поесть на 300 руб­лей, чтобы выжить. На 400 руб­лей в день — сыто жить, сейчас это уже из разряда фантастики. Если брать по минимуму, то нужно руб­лей 700–800 в день. А на хорошие продукты и дополнительные расходы требуется и того больше».

ОБГОНЯЯ ИНФЛЯЦИЮ

Стоимость «потребительской корзины» с нынешними ценами — проблема, которая затрагивает жителей всей страны, а не только крупные города вроде Москвы или Петербурга. Эксперты FinExpertiza отмечают, что цены росли быстрее преимущественно в небогатых регионах, жители которых тратят значительную часть личного бюджета на еду. В результате получается, что инфляционные процессы особенно сильно ударили по малообеспеченным, загнав их в «ловушку бедности». Люди хотят есть — это базовая потребность, и она не зависит от экономических процессов. Поэтому, несмотря на рост цен, продукты все равно покупаются.

«Небогатые домохозяйства вынуждены приобретать базовые продукты, даже несмотря на их серьезное подорожание, в результате инфляционные процессы сильнее ударяют как раз по малообеспеченным слоям населения, которые начинают тратить все больше денег на все более дорогую еду», — говорится в исследовании.

 

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру