Питерских легкоатлетов гнобит не только Запад, но и Москва

Информвойна, развернутая против России, послужила сигналом к действию для руководителей международных спортивных организаций

14.11.2016 в 14:06, просмотров: 9509

Нам начали мстить за все наши прежние победы злорадно, жестко, нагло, нарушая законы, принципы и кодексы. Такие действия, хоть и с трудом, но еще можно понять. Ведь по другую сторону от нас — противники, если не сказать враги. А вот когда спортсменов предают свои же — чиновники и даже тренеры, — тогда буквально земля уходит из-под ног. На кого еще рассчитывать? Особенно в той сложнейшей ситуации, в которой оказались отстраненные Международной ассоциацией легкоатлетических федераций (ИААФ) на неопределенный срок российские легкоатлеты. О том, как у нас избавляются от действующих спортсменов, «МК» в Питере» рассказал серебряный призер чемпионата мира (2011), двукратный серебряный призер чемпионатов Европы в помещении (2009, 2013), заслуженный мастер спорта по прыжкам в высоту Алексей Дмитрик. Он один из немногих в мире имеет результат 2 метра 40 сантиметров.

Питерских легкоатлетов гнобит не только Запад, но и Москва
Фото из личного архива

«Поражает глупость европейцев»

— Когда в ноябре 2015 года ИААФ отстранила сборную России по легкой атлетике от участия в международных соревнованиях, о чем вы подумали в первую очередь?

— Мне сразу стало ясно: дисквалификация продлится долго, и ни на какие поблажки нам рассчитывать не стоит. Информационная война против нашей страны началась задолго до этого. Россию к тому моменту уже воспринимали как врага, а тут еще и спортсмены, «погрязшие» в допинге. Удобный случай, чтобы прижать нас посильнее. Меня поражает глупость европейцев. Сейчас они все кричат: «Ату их!» и хлопают в ладоши, даже не задумываясь над тем, что завтра на нашем месте будут они. Все уже забыли, как недавно по той же схеме с допингом прижали к ногтю начавшую было показывать высокие результаты финскую лыжную сборную. Ну и где теперь эти бравые финские лыжники?

— Какое вы приняли решение относительно грядущего на тот момент зимнего сезона?

— В ноябре две трети подготовки к сезону были пройдены. Не было смысла бросать тренировки. Мне приходили приглашения на разные соревнования, и мы с моим менеджером, Павлом Воронковым, запланировали несколько начальных стартов. К тому же обязательно надо было выступить на зимнем чемпионате России, чтобы сохранить свое место в сборной страны и продолжать получать за это зарплату. Ведь существенной доли заработка нас лишили, отстранив от участия в международных, в том числе и коммерческих стартах.

Чтоб ты жил на одну зарплату! В 19 тысяч рублей

— Как начисляется зарплата в сборной?

— Она зависит от того, какое место ты занял на чемпионате страны. Минимальная составляет 30 тысяч рублей, плюс идут надбавки за выступления на чемпионатах Европы и мира.

— Всероссийская федерация легкой атлетики (ВФЛА) обещала спортсменам компенсировать отсутствие международных стартов за счет организации внутрироссийских соревнований, по уровню ничем не уступающим европейским...

— За время дисквалификации ВФЛА я сделал 6 стартов в России и могу сказать, что до европейского уровня нам еще далековато. Возьмем финансовый аспект. У нас в России в этом году впервые было проведено 9 соревнований зимнего Гран-при для того, чтобы хоть как-то дать возможность не участвующим в международных стартах легкоатлетам заработать. Но деньги получили только победитель и призеры. 30, 20 и 10 тысяч рублей соответственно, минус подоходный налог. Все остальные, начиная с четвертого места, остались ни с чем. А в Москве, на мемориале Озолина и Дьячкова, как мне рассказал выступавший там Сергей Мудров (прыгун в высоту, чемпион Европы. — Ред.), дарили только кружки и футболки.

Для сравнения: на летних коммерческих стартах мирового Гран-при спортсмену платят за участие в них, и тем больше, чем выше его достижения. На соревнованиях «Бриллиантовой лиги» премируются первые 8 мест. Победитель получает 10 тысяч долларов. За восьмое место дают около 1000 долларов. На коммерческих стартах рангом пониже в среднем зарабатывают от 1000 до 5000 долларов в зависимости от результата.

В плане организации бытовых вопросов тоже существуют большие отличия. На Западе с того момента, как тебя встретили в аэропорту, ты думаешь только о своем выступлении. Тебя разместят, накормят и доставят на тренировку в любое удобное тебе время. В Екатеринбурге (соревнования российской зимней серии Гран-при. — Ред.) нам оплатили лишь дорогу и проживание. Питались мы за свой счет.

В плане престижа наши внутренние соревнования тоже уступают международным. На летнем чемпионате России в Чебоксарах собрался весь цвет российской легкой атлетики. Елена Исинбаева показала там лучший результат сезона в мире, взяв 4 метра 90 сантиметров. Думаете, на стадионе собралось много народу? Посмотреть на прыжки в высоту, в частности, пришло человек 100 от силы, включая тренеров и спортсменов с других видов. Когда я там выступал в 2011 году, стадион был почти полон. А потом с каждым годом зрителей становилось все меньше...

Лично меня заводит поддержка болельщиков, появляется адреналин, так необходимый для успешного выступления. На Западе зрители понимают это, достаточно одного твоего хлопка, чтобы они его подхватили. В Екатеринбурге я не столько думал о прыжках, сколько пытался расшевелить немногочисленную публику. Даже попросил диктора объявить по стадиону, что нам, спортсменам, нужна помощь трибун.

— Интерес к легкой атлетике снижается по всей стране?

— К счастью, нет. В Волгограде люди любят легкую атлетику. Три наши олимпийские чемпионки оттуда родом: Елена Исинбаева в прыжках с шестом, Елена Слесаренко в прыжках в высоту и Татьяна Лебедева в прыжках в длину и тройным. Соревнования там всегда организованы по высшему разряду. Стадион забит до отказа. Зрители заводят спортсменов. Получаешь уйму положительных эмоций. Я последние три года выступал там и все три раза выиграл.

— Значит, с заработками в этом году туго. Приходится рассчитывать только на зарплату в сборной, в Петербурге и в Краснодаре, за которые вы выступаете?

— Не совсем так. В Краснодаре мне перестали платить еще в августе, а из сборной исключили 30 сентября. Так что сейчас получаю зарплату только в Питере. 19 тысяч рублей. Крутись как хочешь.

Прыжки без правил

— Почему вас исключили из сборной?

— Сам не понимаю. Чтобы сохранить место в сборной, нужно попасть в первую тройку на одном из двух чемпионатов России — зимнем или летнем. Этот критерий всегда считался основным. Я на зимнем чемпионате страны в Москве был вторым. По идее, уже в начале года застолбил себе место в сборной. Потом сделал еще несколько стартов и, поскольку от Олимпиады нас отцепили, решил больше не выступать. Не видел в этом смысла. А 30 сентября вдруг узнал, что я больше не член сборной.

— Не связано ли это с сокращением финансирования профессионального спорта, о котором было объявлено в октябре?

— Я звонил в отдел кадров Центра спортивной подготовки в Москве, пытался узнать, сколько еще таких, как я? Мне ответили, что это — конфиденциальная информация. Главный тренер сборной по легкой атлетике Юрий Борзаковский сказал, что он здесь ни при чем. Состав национальной команды якобы утверждал Комитет ВФЛА, и это по его решению критерием для попадания в сборную теперь является лучший результат, показанный спортсменом в течение года. Но тогда почему об этом не объявили в январе?

— Значит, не только наши западные «партнеры» меняют правила по ходу игры?

— Похоже, что так. Со мной, например, никогда не церемонились. В 2004 году у нас впервые ввели американскую систему отбора. На Олимпиаду в Афины должны были ехать чемпион и призеры чемпионата России. Я взял бронзу, но на Игры все равно не попал. Ко мне тогда подошел старший тренер сборной по прыжкам Антон Назаров и сказал: «Леша, это жизнь». Я был молод, рвался на Олимпиаду, прошел отбор. А вместо поездки в Афины мне предложили побыть философом и поразмышлять на тему, что есть жизнь! Через год, выбравшись из психологической ямы, в которую меня вогнали, выиграл Кубок Европы, взяв 2,30. Валентин Балахничев (на тот момент президент ВФЛА. — Ред.) поздравил меня: «Ты едешь на чемпионат мира в Хельсинки, желаем тебе удачи!» Но вместо меня там оказался Вячеслав Воронин. В 2008 году при отборе на пекинскую Олимпиаду «прокатили» Андрея Терешина, который на чемпионате страны был вторым. Вместо него поехал Андрей Сильнов, занявший на чемпионате России лишь четвертое место. Но зато он — ученик маститого Евгения Загорулько (74-летний тренер-аксакал сборной России по прыжкам в высоту. — Ред.), и этим все сказано. Загорулько уверен, что не мытьем, так катаньем всегда пробьет своим ученикам дорогу на международные соревнования любого ранга. Возможно, сейчас настала моя очередь освободить место в сборной Сильнову. Он ведь зимний чемпионат страны пропустил, а на летнем был четвертым. И по прежней системе отбор не прошел бы, значит, срочно нужно было правила поменять.

Пустые надежды

— Что теперь?

— Пока продолжаю тренироваться. Для завершения спортивной карьеры должны быть две причины — травмы и отсутствие желания соревноваться. У меня ни той, ни другой нет. Я не планировал заканчивать. Наоборот, мне до сих пор очень хочется выступать. Хотя и я, и супруга Катя (она же мой тренер) понимаем, что все это пустые надежды. В начале октября набрал группу детей 9–10 лет, среди которых есть и моя дочь Алиса. Тренирую их в Академии легкой атлетики на Зимнем стадионе. Пока на общественных началах. Раньше нового года оформить меня в штат не могут. То, что раньше рассматривал для себя как подстраховочный вариант, вдруг стало моим основным занятием.

— Вы скептически смотрите на будущее российской легкой атлетики, и все же ваша дочь занимается именно этим видом спорта...

— Нас промаринуют еще года три, максимум 5, но рано или поздно все равно допустят. Дочь к тому времени подрастет. Пострадают те, кто впервые попал в сборную, кто был на пике карьеры, и те, кто через пару лет собирался ее завершать. Молодежь в возрасте 20–24 лет еще успеет вписаться при условии, что государство все это время будет их поддерживать. Я сам 2,40 прыгнул в 29 лет. Но если денег не будет, то никто из спортсменов за просто так не станет тянуть эту лямку…

Власть больна футболом

Легкая атлетика в Питере никогда не была избалована вниманием властей. А с тех пор, как футбольный «Зенит» обрел могущественного спонсора в лице Газпрома, самый медальный олимпийский вид спорта стал в нашем городе постепенно превращаться... в бомжа.

С прежней Малой арены стадиона «Петровский» легкоатлетов выгнали. Там обосновался «Зенит-2». Пришлось перейти на Большую арену, где метатели сразу лишились секторов — к газону футбольного поля их не подпускали. К тому же легкоатлетам приходилось подстраиваться под график игр «Зенита». Прежде часть из них тренировалась на стадионе «Динамо». Но его тоже передали футболистам. Во втором городе России не стало ни одного легкоатлетического стадиона! Чемпионаты страны устраивались где угодно: в Липецке, Туле, Чебоксарах, но только не в Питере. Не говоря уже о международных стартах. Но спортивных чиновников это не заботило. Нет соревнований — нет проблем. Лишь в 2011-м, после долгих лет мытарств и ожиданий, легкоатлеты наконец получили свой стадион, построенный на базе спорткомплекса «Приморец». Вячеслав Чазов (тогда глава Спорткомитета) так его расхваливал, что в СМИ появились заголовки «Петербург может стать легкоатлетической столицей мира». Однако быстро выяснилось, что поверхность сектора для прыжков в высоту кривая. Прыгуны до сих пор жалуются, что им неудобно отталкиваться. А после дождя невозможно собрать губкой воду с дорожки, потому что она вновь проступает, хотя Чазов говорил о великолепном дренаже.

За пять лет произошли большие перемены. Чазов успел занять должность главы Приморского района и через полтора года вылететь с нее после коррупционного скандала. А на стадион «Приморец» теперь без слез не взглянешь. Беговые дорожки износились до дыр. Оборудование пришло в негодность. Стойки для прыжков в высоту не держат планку. Планка для отталкивания в прыжках в длину крошится в щепки.

Спортсменам, тренерам и судьям негде укрыться от дождей (на «Петровском» им от футбольных щедрот перепадали хотя бы сиденья с навесами). С покрытием дорожек вообще история интересная. Олимпийская чемпионка в беге на 400 метров с барьерами Наталья Антюх предположила, что оно изначально было положено с нарушением регламента. К тому же, спортсмены прекрасно знают, что лучше резино-каучукового покрытия итальянской фирмы Mondo на сегодня нет. Однако на дорожки «Приморца» положили заливное рулоновое покрытие Full Pur. Срок его службы — максимум 4 года. А учитывая специфику питерской погоды, и того меньше. Очевидно, Mondo обошлось бы дороже, но срок его эксплуатации (минимум 15 лет) оправдал бы затраты. Ремонт стадиона «Приморец» запланирован на 2017 год. Завершиться он должен в конце июня. Но именно на это время — с 13 мая по 30 июня — приходится 80 процентов соревнований летнего легкоатлетического сезона. Получается, он будет сорван. В связи с этим спортсменов планируют загнать на тренировочный стадион в Московском районе.

Но это еще не все беды. Построенный два года назад легкоатлетический манеж на Крестовском острове в ближайший год грозятся забрать под аккредитационный центр для чемпионата мира по футболу 2018 года.

В Петербурге все и всех приносят в жертву футболу. От которого на международной арене все равно нет и не будет никакого толку: наши футбольные болельщики живут от одного позора до другого. И вот ради этого капризного и бездарного «дитяти» в Петербурге, да и в России, обрекают на жалкое существование десятки других видов спорта. В том числе легкую атлетику — королеву спорта, за которой тянется блестящий шлейф мировых рекордов и золотых медалей. Футбол никогда даже близко с ней не стоял…


|