Профессор «разобрал по косточкам» болезнь Плющенко

По мнению врача высшей категории, сломанный болт в позвоночнике спортсмена мог его убить

06.03.2014 в 18:14, просмотров: 17321

В понедельник Евгений Плющенко перенес вторую за год операцию на позвоночнике. Хирургическое вмешательство было необходимо, чтобы заменить в спине спортсмена сломанный болт. Болты нужны для того, чтобы «фьюжны» — детали позвоночника, которые вставляют, — скрепились с самим позвоночником. Но, как выяснилось, замена детали не потребовалась. Имплантат сросся с костью спортсмена и стал частью его тела. Медики вынули половинки сломанного болта. И вынули три оставшихся за ненадобностью. Пока израильские хирурги трудились над спиной фигуриста, «МК» в Питере» обсудил травму Плющенко с Евгением Анатольевичем Мазуркевичем, доктором медицинских наук, профессором, врачом высшей категории по травматологии и ортопедии из клиники «Дали-Мед».

Профессор «разобрал по косточкам» болезнь Плющенко

«Поломанную машину в рейс не выпускают»

— В феврале 2013 года у Евгения Плющенко был такой диагноз: «стершийся межпозвоночный диск, защемление нерва и грыжа». Евгений перенес операцию, ему заменили межпозвоночный диск и скрепили четырьмя шурупами. Поясните, что это за операция, насколько она сложна для врача и для самого спортсмена, можно ли его было выпускать на лед?

— Сейчас эти операции стали обычными, тем более что они отработаны по технологиям. Плющенко сделали стабилизацию сегмента позвоночника. Крепили винтами. Это понятно. Но если бы у него был слабый позвоночник, то операция бы не состоялась. У нас камикадзе и самоубийц среди врачей нет, и никто бы ему не рекомендовал такую операцию и выход на лед после нее, если бы доктора не были уверены в его здоровье. Сейчас очень много аппаратуры, которая может измерять реабилитационный и спортивный потенциал. И, как поломанную машину в рейс не выпускают, так же выпустить нездорового спортсмена на соревнования, тем более на Олимпиаду, — это очень большая ответственность. Не было эксперимента над Плющенко. Это была обычная операция, которую он хорошо перенес, быстро реабилитировался, и потому его выпустили на арену.

— Что входит в понятие «реабилитационный потенциал»? Как его выясняют?

— Измеряют силу мышц, кровоток в них, углы движения в суставах. Есть тесты, которые оценивают координацию и правильность движений. Проверяют сердечные функции, гибкость позвоночника и суставов. Потом идет обобщающая оценка, в том числе и работы нервной системы. Выводят интегрированный график до и после операции. И, если сила мышц сохранена, движения в полном объеме, то спортсмена выпускают на соревнования. Я, когда смотрел нашу Олимпиаду, думал, что это по сути Паралимпиада. Там все с болтами плясали.

Плющенко поможет развитию медицины

— Если бы это был обычный человек, то сколько бы времени ему потребовалось на восстановление?

— Простых не берут в космонавты. Человек человеку рознь. Достигают высоких спортивных результатов люди, которые имеют прочный опорно-двигательный аппарат. Особое строение мышц и умение головы правильно ими руководить. И даже при серьезных травмах их мышцы продолжают работать. Плотность и крепость тканей у всех различная, и у Плющенко врожденное преимущество. Половина спортсменов, в том числе фигуристов, уходит из этого спорта еще в детском возрасте. Там суровый естественный отбор. Всякие врожденные недоразвития открываются, а у Плющенко их нет. Он не простой человек.

— На следующий день после операции Плющенко пошел, это нормально?

— Да, в принципе, ничего удивительного. И в Питере бы его реабилитнули, а там, в Израиле, вообще вся клиника одним человеком занималась. Здесь стоит вспомнить, что у всех разный болевой порог. Боль — это крик о помощи, она говорит о том, что что-то не так. Если болит, то не пойдет выступать и Плющенко. Но у него, видимо, болевой порог очень высокий и реабилитационный потенциал сильный. Я многих спортсменов видел, многих знаю, но, когда смотрел на выступление Плющенко, удивился: он хорошо собой владел, прокатился.

Самое главное, что у него хорошие мышцы. Они ведь разные — не только согнули-разогнули ноги-руки. Мышцы стабилизируют наши суставы, чтобы они не бились друг о друга. Несколько мышц складываются, чтобы по ним пошло сухожилие. Это сложная система. Но у Плющенко она совершенна, поэтому он так и прыгал. А чтобы заработали мышцы — нужна правильная реабилитация. Сама по себе операция не столь важна, главное — именно реабилитация: как ты восстановишь пациента и его мышцы. Потому что, как только мышца не работает, она перестает управляться мозгом, как бы вылетает из головы. А у нас 650 мышц, и они все вместе работают — лишних не бывает. Самое главное — эти мышцы в голову вернуть, восстановить стабильность.

Такого человека, как Плющенко, нужно было реабилитировать. Боль съедает мозг, и потому останавливается сердце — человек погибает. А в спорт идут люди с духом, они умеют достигать цели с болью. Весь организм натренирован на это. Сделал два резких движения и сел. Рванул, а потом зализывает раны.

— На соревнованиях у Плющенко треснул шуруп. Почему это произошло, какие нагрузки могут выдерживать эти шурупы?

— Конечно, прочность болтов измеряется, но специально для фигурного катания их пока еще не выпускали. Болт выдерживает ровно ту нагрузку, которую может перенести человек. Но в случае с Плющенко мы имеем дело не с обыкновенным человеком. Болты делаются из сплава, который не отторгается, и они очень крепкие. Каждая медицинская фирма держит свой сплав в тайне. Но плохой болт Плющенко точно бы не вставили. И результат операции хороший — ведь болт этот не сразу сломался. Он же каждый день там тулупы крутил. Плющенко сейчас — живой эксперимент, феномен. Надо изучать, как он этот болт сломал. И нагрузки отсюда мерить для новых болтов. И это будет новое слово в медицине.

Мог умереть прямо на Олимпиаде

— Если бы он продолжал участвовать в соревнованиях с таким треснувшим болтом, то какие могли быть последствия?

— Самые ужасные. Сломанный болт мог перерезать ткани, спинной мозг. И не просто сделать Плющенко неподвижным, но и убить. Потому что от болевого шока могло и сердце остановиться. Или позвоночник сложился бы пополам.

— То есть то, что его вывели из соревнований, это хорошо, вовремя сделали?

— Я не признаю спорт, который калечит. Обывателю всегда легко судить, рассуждать, как бы кто-то другой с этим справился. Да никак! И потом, фигуриста на Олимпиаде не сельские врачи пользовали, а серьезные, достойные и умелые. Так что они знали, что делают.

— Как повторные операции выглядят в подобных случаях?

— Ревизию делают, смотрят, вынимают этот болт, сопоставляют, снова фиксируют имплантат, возможно, другим способом.

— Сможет ли Плющенко снова после второй операции вернуться на лед?

— К любому врачу, который заранее это бы точно знал, до Парижа выстроилась бы очередь.

Плющенко показал невозможное. Его пример удивителен. Может, он еще и будет выступать. В человеке заложена страсть к движению, называется она кинезофилией. Это своего рода наркотик — достижение недосягаемых величин. Мы еще много не знаем о возможностях человеческого организма — можем только смотреть и удивляться.

Кстати

Операция напоказ

Яна Рудковская, жена фигуриста, сразу после операции дала комментарии о состоянии спортсмена. Заверила, что Евгений чувствует себя хорошо. И уже начала настраивать болельщиков на скорое возвращение Плющенко в спорт.

«Тема, которая ему по-настоящему интересна, только одна — фигурное катание. Женя пересматривал на видео свои олимпийские программы... Очень переживал, что не смог продолжить выступление на Олимпиаде, мыслями он все еще там, на сочинском льду, он еще не отошел от всего этого. И в то же время рвется на лед, уже обсуждал с Алексеем Мишиным, когда они поедут на сборы», — заявила жена — менеджер фигуриста.

Ранее Евгений и Яна то сообщали, то опровергали информацию о том, что хирургическое вмешательство в тело олимпийского чемпиона будут показывать по телевидению. В конце концов от прямой трансляции отказались, но Яна сообщила, что сюжет уже монтируют и он в скором времени будет показан по Первому каналу.

 

Фото Picvario, ИНТЕРПРЕСС.РУ