Как становятся мастерами на все трюки

Артисты Cirque du Soleil рассказали, как они попали на арену звездного цирка

04.12.2013 в 18:21, просмотров: 4191

В начале следующего года в Петербург вновь приедет на гастроли Cirque du Soleil. На сей раз зрителям покажут шоу Dralion, которое еще никогда не привозили в наш город. Dralion — это соединение дракона и льва, Азии и Европы, четырех стихий и примиряющей их любви. В преддверии выступлений «МК» в Питере» удалось побеседовать с несколькими артистами этого представления.

Как становятся мастерами на все трюки

Фокусник-парикмахер

Жонглеру Владимиру Пестову — 19 лет. Сейчас он артист «Цирка дю Солей». Но еще полгода назад Владимир тихо жил в Астрахани и учился в местном колледже на… парикмахера. А по вечерам, после занятий, молодой человек приходил в акробатический зал и до ночи жонглировал там кольцами и мячиками.

— Я не заканчивал цирковой школы, — признается Владимир Пестов. — У нас в Астрахани ее просто нет. Поэтому я в Интернете смотрел, как жонглируют опытные артисты, и пытался повторять за ними.

Подбрасывая мячики вверх, Владимир Пестов мечтал когда-нибудь оказаться на сцене. В идеале — на сцене шоу «Цирка дю Солей». С ним у юного парикмахера слишком многое в детстве было связано.

— Мои родители уже около 15 лет работают в «Цирке дю Солей», — говорит Владимир. — Сначала в шоу Quidam на позицию акробата пригласили моего папу, а через два года позвали и маму.

Собрав вещи, Пестовы отправились в Монреаль, где расположена штаб-квартира «Цирка дю Солей». И для двухлетнего Владимира началась совсем другая жизнь. Вместе с цирком он колесил из страны в страну, сидел за кулисами, пока родители выступали на арене, внимательно наблюдал за трюками других артистов.

— В Монреале при «Цирке дю Солей» есть национальная цирковая школа, — рассказывает Владимир Пестов. — А в ее составе работает и общеобразовательное заведение. И вот два учителя ездили с нашей труппой на гастроли и занимались с цирковыми детьми. Как правило, нас было не больше 10 человек. Причем половина ребят обычно была из России. Например, со мной училась девочка из Ярославля, мальчик из Волгограда. На классы нас не распределяли. Урок слушали и пятиклашки, и семиклассники.

Все занятия велись на английском или французском языках. Через пару лет таких уроков Владимир стал забывать русский. Родители переполошились и отправили мальчика обратно в Астрахань к бабушке и дедушке. Он пожил там год-другой и вскоре уже с трудом помнил английский и французский. Тогда родители вновь взяли сына к себе — на этот раз вспоминать языки Шекспира и Дюма. С тех пор так и повелось: будущий жонглер один год жил в России, другой — колесил с родителями по свету вместе с «Цирком дю Солей».

— Был у нас в шоу один жонглер. Мне очень нравилось смотреть, как он работает, — вспоминает Владимир. — И как-то я спросил у него: а можно и мне попробовать? Он разрешил. Так я впервые взял в руки мячики.

Несколько лет юный Пестов подбрасывал мячики, тренировался. И, наконец, достиг такого мастерства, что его самого пригласили работать в «Цирке дю Солей».

— Четыре месяца назад я отослал видео на кастинг, и мне предложили подписать контракт, — не скрывая радости в голосе, говорит Владимир. — Конечно, я согласился! Правда, в Астрахани я еще не закончил колледж. Но что делать, учусь теперь по Интернету…

В шоу Dralion у Владимира Пестова номер, где он жонглирует семью мячиками.

— Конечно, любой артист перед выходом на арену волнуется, — признается жонглер. — Одни, чтобы настроиться, молятся, другие разговаривают сами с собой, третьи — просто смотрят в стенку. А я улыбаюсь и болтаю со всеми подряд. Физических травм у нас — жонглеров — не бывает. Зато случаются моральные. Я сам видел, как люди буквально сходят с ума (смеется). Ведь, чтобы стать жонглером, надо неимоверное количество часов повторять одни и те же движения. Это очень монотонная работа, и некоторые артисты ее просто не выдерживают. Особенно когда что-то долго не получается. Но со мной все в порядке. Тьфу-тьфу-тьфу!

Сейчас Владимир Пестов с нетерпением ждет приезда в Петербург. Это будет его первое выступление в России.

— Я очень жду этого, — признался жонглер. — Так круто выступать в своей стране! Я смогу разговаривать на родном языке! Точнее, на одном из своих родных…

Сбежал из дома в цирк

Лоран Маркошани в шоу выступает с акробатическим номером «воздушное па-де-де». Он с партнершей буквально танцует в воздухе, держась за полотно. За четыре года, что Лоран работает в Cirque du Soleil, он исполнил этот танец уже более 600 раз. В «Цирк Солнца» Маркошани пришел только в 2010 году, хотя до этого его звали туда четырежды. Для многих цирковых артистов работать в такой труппе — мечта. А Маркошани согласился лишь на пятое приглашение.

— До этого меня не устраивало, что мне предлагали то танцевальную, то актерскую роль, то просили показывать трюки, которые я уже давно перерос, — объясняет Лоран. Ему хотелось сложного выступления и заметных ролей.

Лоран не из цирковой семьи. Он родился и вырос в Венгрии. В 13 лет будущая звезда цирка пристрастился к одному из аттракционов в городском парке.

— Там стоял батут, на котором можно было безопасно прыгать и делать в воздухе разные трюки. Я спускал на это развлечение все свои карманные деньги, — вспоминает акробат.

Неподалеку от того парка разместился цирк, артисты которого частенько заходили отдохнуть под сень деревьев. Однажды они заметили мальчика, которому явно нравилось вытворять различные пируэты в воздухе.

— Со временем я даже стал принимать участие в соревнованиях, где один участник делает трюк, а другой должен его повторить, а потом наоборот. После одного из таких турниров цирковые подозвали меня к себе и попросили показать им все, что я умею. Я охотно согласился. И тогда они пригласили меня к себе в труппу, — рассказывает Лоран. — Это были гимнасты, выступавшие с подкидными досками, где одни держали других на плечах, подкидывали, и те в полете выполняли разные перевороты. Я, конечно, согласился. А через три месяца фактически сбежал с цирком из дома.

Это было в 1998 году. Попав в цирковую среду, Лоран познакомился с воздушными дисциплинами и начал точно так же, без всякой учебы и подготовки, самостоятельно их осваивать. Сегодня он владеет воздушными ремнями, цепями, корд-де-парелью и воздушными полотнами. Он начал самостоятельно ставить номера, которые становились все сложнее. Тренировки не прекращались ни на день. Но в Cirque du Soleil к физической подготовке добавилось еще и актерское мастерство. Артистов там учат не просто выполнять трюки, но и делать спектакль. Партнеры по шоу могут часами отрабатывать позы, жесты, взгляды. Казалось бы, зачем?

— Это понимаешь во время выступления, особенно когда что-то идет не так. Например, когда ты теряешь устойчивость, надо как-то заполнить паузу, скрыть неудачу. Тогда в ход идет актерское мастерство, приходится импровизировать, — говорит Лоран. — Главное — не паниковать. Например, притом, что я выполняю сложные трюки в воздухе, я, бывает, оступаюсь на ровном месте на сцене. Просто потому, что путаюсь в костюме. И, чтобы мое падение не казалось падением, я делаю вид, что встаю на колено перед своей партнершей Азалой, персонаж которой олицетворяет воздушную стихию.

«Пятый элемент» — на цирковой диете

По сюжету представления Dralion на сцене разворачивается борьба четырех стихий — огня, воды, земли и воздуха. Их примиряет «сила духа» — роль которой исполняют вокалисты.

— Мы как будто пятый элемент — любовь. Мы даем стихиям силу и одновременно создаем гармонию, — говорит исполнительница Аньес Сойе.

Она в шоу Dralion с самого его основания. Уже 14 лет Аньес поет в представлении, переезжая с цирком из города в город. Она адаптировалась к кочевой жизни. С собой возит всего два чемодана. И порой у певицы даже нет времени их распаковывать. Она их просто открывает, достает нужные вещи и тут же запаковывает обратно, чтобы ехать в следующий город. Постоянная смена мест, еды, климата, гостиничных номеров и всего вокруг не напрягает Аньес. Она даже считает это отличным средством от старения. Многие собеседники не верят, что ей уже за 50. Цирк держит в тонусе.

— За 14 лет мне это шоу нисколько не надоело. Я уже знаю его досконально, но каждый раз удивляюсь ему, как впервые. По мере сил мы — певцы — помогаем артистам. На разных площадках, с разными исполнителями, и в зависимости от их состояния может изменяться набор номеров или их продолжительность. И тогда мы тоже поем чуть больше или меньше, быстрее или медленнее, подстраиваясь под артистов, — объясняет Аньес.

Большую часть выступления «пятый элемент» проводит на сцене. Но в одном из эпизодов вокалистку поднимают на платформе в воздух, которая, находясь под небольшим уклоном, оказывается практически под самой крышей арены.

— Когда 14 лет назад меня впервые подняли, я не могла распрямиться на площадке, я стояла там почти на четвереньках, и мне было ужасно страшно. Постепенно я научилась вставать на ноги и теперь мне даже комфортно так петь.