МК АвтоВзгляд Охотники.ру WomanHit.ru
Санкт-Петербург

Петербург — один из лидеров по ВИЧ-инфекции

Если идти по Невскому проспекту, то каждые две минуты обязательно встретишь ВИЧ-инфицированного

По официальной статистике, таких в Петербурге даже больше, чем в Москве. Впрочем, и во многих остальных городах дела обстоят неважно. ООН недавно назвала Россию эпицентром мировой эпидемии ВИЧ: по темпам распространения заболевания мы обогнали даже Южную Африку. Руководитель Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом профессор Вадим Покровский рассказал «МК» в Питере», когда ученые изобретут лекарство от ВИЧ и что делать, если у них это не получится.

Фото spid.center

«У нас — как в Африке»

— Известно, сколько сейчас ВИЧ-инфицированных в России?

— Мы регистрируем все случаи начиная с 1985 года, когда на территории России был выявлен первый иностранец с ВИЧ-инфекцией. Это был эмигрант из Африки, приехавший в Москву на учебу. А спустя два года ВИЧ-инфекцию обнаружили уже у российского гражданина: переводчика из Армавира, который заразился, работая в Танзании. Он по цепочке передал вирус 25 людям. С тех пор зарегистрировано уже больше миллиона россиян с ВИЧ (на 30 июня это 10 624 476 человек. — Ред.).

— Как обстоят дела в Петербурге по сравнению с другими городами?

— Петербург нас очень беспокоит. У вас зарегистрировано 61 307 ВИЧ-инфицированных. Для сравнения: Москва заявила примерно о 59 тысячах, хотя, конечно, реальное число заразившихся в столице больше. Тем не менее в Петербурге инфицировано порядка одного процента населения. Это значит, что когда вы идете, например, по Невскому, то каждые две минуты встречаете ВИЧ-инфицированного. Истоки такой непростой ситуации надо искать в 1990-х годах, когда у вас была вспышка ВИЧ среди потребителей внутривенных наркотиков. Тогда заразилось особенно много мужчин, которые впоследствии передавали вирус женам, подругам, любовницам.

— В последнее время говорят уже о начале эпидемии ВИЧ в России. Действительно ли это так?

— Некоторые чиновники утверждают, что у нас нет эпидемии, а есть только рост заболеваемости. На самом деле эпидемия, конечно, существует. Только она не похожа на грипп, когда все переболели за месяц и выздоровели. Однажды заразившись, человек носит ВИЧ до самой смерти и потихоньку передает его другим. Эпидемия идет медленно и постоянно. В итоге каждые 5 лет число инфицированных у нас удваивается. Беда еще и в том, что сейчас в России примерно в половине случаев ВИЧ передается половым путем. Причем если в Европе в основном передача идет среди мужчин-гомосексуалистов, то у нас заражаются гетеросексуальные пары. Как в Африке... То есть в зоне риска уже практически все. Случаи инфицирования сейчас нередко бывают уже при первом половом опыте! Ну и плюс идет еще заражение через употребление наркотиков. В той же Европе эту проблему удалось решить практически полностью. Там, кстати, специалисты обеспокоены тем, как у нас обстоят дела с ВИЧ-инфекцией. Потому что в большинстве стран с каждым годом регистрируется все меньше случаев заражения. Но не у нас. В прошлом году в России выявили около 100 тысяч новых случаев, а в этом году на 30 июня уже 51 тысячу. То есть идет даже некоторое увеличение.

Секс-уроки в школе

— Почему, в отличие от западных стран, у нас ситуация становится только хуже?

— В Европе и США очень интенсивно занимались профилактикой ВИЧ-инфекции. В России же в какой-то момент решили, что у нас очень высоконравственное общество, все православные, живут с одним партнером, не изменяют. А значит, в такой возвышенной среде вирус распространиться не может. На самом деле все не так. Я еще лет пять назад предупреждал, что нам грозит серьезная эпидемия. В ответ меня обвиняли во всех грехах, называли иностранным агентом, говорили, что я просто хочу заработать на СПИДе побольше денег...

— Кстати, о деньгах. Сколько средств выделяется в России на борьбу с ВИЧ?

— На всю программу в этом году выделили около 20 миллиардов рублей. Для сравнения: в США запланировали 30 миллиардов долларов. А там в прошлом году выявили 55 тысяч новых случаев заражения. Напомню, у нас почти в два раза больше... Чтобы хоть как-то улучшить ситуацию, необходимо выделить порядка 100 миллиардов рублей. При этом большую часть этих денег придется потратить на закупку препаратов для ВИЧ-инфицированных. У нас пока что получают лечение всего чуть больше 200 тысяч пациентов. Остальные стоят в очереди и ждут препаратов, которых нет. Или покупают их на свои деньги. Некоторые тратят до 10 тысяч долларов в год, приобретая дорогие западные лекарства. Главный их плюс — достаточно принимать по одной таблетке в день, а не по 10–12, как, например, с более дешевыми препаратами, которые пьют многие наши граждане.

— Помимо выделения денег, что еще можно сделать, чтобы переломить ситуацию?

— Наиболее модный подход в мире — выявить все случаи ВИЧ-инфекции и назначить пациентам антиретровирусную терапию. Тогда вирус станет меньше распространяться, и эпидемия пойдет на спад. Но у меня нет уверенности, что этот метод будет хорошо работать. Последние исследования в Африке показали, что хотя 50 процентов ВИЧ-позитивных там уже получают терапию, это никак не сказывается на уровне передачи вируса. К тому же, где гарантия, что мы сможем выявить всех инфицированных. Поэтому прежде всего надо заниматься профилактикой: обучать специальные группы населения (наркопотребителей, секс-работников), как себя вести, чтобы не заразиться ВИЧ, а обычных людей убеждать пользоваться презервативами до тех пор, пока они точно не будут знать, что их партнер не заражен.

— А в школе детям надо рассказывать о безопасном сексе?

— Некоторые считают, что этого делать не следует, что подобные разговоры могут «развратить». Однако есть данные, что ребята, прошедшие в Европе такое обучение, меньше интересуются порнографией. У нас же дети в основном знакомятся с вопросами секса через Интернет. Страшно представить, что они там узнают о любви. А надо всего лишь подготовить грамотных преподавателей, которые умело объяснят эти вещи, не нанося ущерба детской психике. Но у нас никто работать не хочет. Проще, конечно, все запретить. А вот у тех же немцев половое воспитание в школе обязательное. И если ребенок из-за запрета родителей не ходит на такие уроки, то маму с папой могут посадить в тюрьму, чтобы им там проветрили мозги. И поэтому в Германии в год регистрируют максимум 3 тысячи новых случаев ВИЧ, а у нас — 100 тысяч.

Победить вирус через пару лет

— Сейчас в Петербурге ученые пытаются создать вакцину от ВИЧ-инфекции. Насколько они близки к успеху?

— Разработка вакцины — это хорошее дело. Как говорится, если не догоним, то согреемся. То есть, несмотря на конечный результат, это будет способствовать развитию нашей науки. Но в мире пока нет ни одного проекта по созданию вакцины, будущее которого не было бы туманно. Сейчас самое перспективное направление — генная терапия. Один из подходов — надо так изменить гены человека, чтобы он стал невосприимчив к ВИЧ-инфекции. То, что это возможно, доказал так называемый «берлинский пациент» (американец Тимоти Браун, у которого был выявлен ВИЧ в 1995 году. В 2007 году он проходил лечение в Берлине от лейкемии. — Ред.). Ему пересадили новый костный мозг от специально подобранного донора, клетки которого были невосприимчивы к ВИЧ. Произошла замена одних клеток другими, и в результате «берлинский пациент» излечился от вируса. Поэтому сейчас одна из разработок, которая ведется в нашем институте, направлена на то, чтобы повысить невосприимчивость клеток к ВИЧ с помощью специальных препаратов. Подобные исследования идут по всему миру. И если вирус не придумает чего-нибудь нового, то через несколько лет уже должны появиться препараты или методы, которые позволят полностью излечить человека от ВИЧ-инфекции. Другой вопрос, сколько это будет стоить.

— И все-таки, пока лечения не существует, насколько опасен ВИЧ для России?

— Чрезвычайно опасен. Сейчас в среднем по России инфицировано порядка одного процента взрослого населения. Если будет два, то пиши пропало: переломить ситуацию окажется очень трудно. Например, в Южной Африке инфицировано около 20 процентов населения. Что там только ни делают: бесплатно выдают лекарства, во всех общественных туалетах, на бензоколонках лежат презервативы, которые можно брать в любом количестве. И все равно успехи там пока относительные.

— Но у нас же все-таки не 20 процентов!

— В Африке очень высокая рождаемость, и это как-то компенсирует потери от СПИДа. У нас рождаемость низкая, поэтому даже один процент крайне опасен. К тому же в России больше всего ВИЧ-положительных среди людей в возрасте от 30 до 40 лет. В этой группе количество инфицированных достигает уже трех процентов у мужчин и двух — у женщин. А в Петербурге дела обстоят еще хуже. Этих людей — а ведь именно они создают основную часть ВВП страны — нам ни в коем случае нельзя терять.

Что такое ВИЧ

Вирус иммунодефицита человека (ВИЧ) поражает клетки иммунной системы, в результате организм теряет способность сопротивляться инфекциям. Без терапии человек может умереть спустя 10 лет после заражения. А вот при грамотном лечении продолжительность жизни у ВИЧ-положительного становится такой же, как и средняя в его регионе, стране. Более того, курящий и пьющий человек рискует прожить меньше, чем ВИЧ-инфицированный. Конечная стадия ВИЧ-инфекции, когда поражены уже внутренние органы, носит название СПИД (синдром приобретенного иммунодефицита).

Кстати

Первые по вирусу

На 30 июня больше всего инфицированных:

— Свердловская область (более 1,5 процента населения), Иркутская, Кемеровская, Самарская (около 1,4 процента), Оренбургская, Ленинградская области, Ханты-Мансийский автономный округ и Челябинск (чуть больше одного процента). Следом идут Тюменская, Новосибирская, Ульяновская области, Санкт-Петербург, Пермский край и республика Крым.

Следите за яркими событиями Санкт-Петербурга у нас в Telegram

Самое интересное

Фотогалерея

Что еще почитать

Видео

В регионах