Почему в Петербурге самые низкие показатели детской смертности в России?

«МК» в Питере» продолжает общаться с главным педиатром Минздрава России в Северо-Западном округе и главным городским специалистом по питанию детей Еленой Булатовой

12 октября 2017 в 13:41, просмотров: 1031

В прошлом интервью (читайте на сайте spb.mk.ru) Елена Марковна рассказывала о типичных для петербургских детей болезнях, участившихся случаях ожирения и аллергии. Но технологии не стоят на месте, и педиатры постоянно совершенствуют методы борьбы с болезнями XXI века.

Почему в Петербурге самые низкие показатели детской смертности в России?

Пересаженные сердца

— Елена Марковна, в прошлой беседе вы обрисовали достаточно тревожную ситуацию, связанную с увеличением количества аллергичных детей, школьников с ожирением… Здоровье молодежи ухудшается. Все действительно плохо?

— Вы знаете, на ситуацию ведь можно посмотреть и с другой стороны. Сейчас появились высокие технологии, которых раньше не было. Те дети, которые раньше были обречены, теперь выживают. Например, то, чем мы — петербургские педиатры — очень гордимся: наш город уже 25 лет сохраняет абсолютное лидерство по показателям рекордно низкой младенческой смертности. За 2016 год этот показатель составил всего 3,9 (детей в возрасте до года на тысячу, рожденных живыми), за первые полгода 2017-го — 3,5. Это феноменально низкие цифры. И сюда входят и младенцы с экстремально низкой массой тела, менее 900 граммов весом. Это заслуга ленинградской педиатрической школы, ведь еще в 90-е годы профессор Эдуард Цибулькин разработал информационно-вычислительную систему неотложной оценки риска — так называемую угрозометрию, которая позволяет из числа новорожденных выбирать тех, кто находится в зоне риска. Была разработана система оказания им помощи, которая работает до сих пор. Это и выхаживание детей с экстремально низкой массой тела, и лечение детей с пороками развития и болезнями сердца. Раньше эти пороки были несовместимы с жизнью, а сейчас у таких детей вполне качественная жизнь.

— Получается, что новорожденного сразу везут на операцию?

— У нас сейчас развивается антенатальная (то есть внутриутробная) хирургия, которая позволяет проводить операции еще до рождения ребенка, выявить и устранить пороки развития плода, которые после рождения уже будут неоперабельны. Еще 20 лет назад такие операции казались нам фантастикой! Кроме того, на недавно прошедшем педиатрическом форуме был представлен доклад Татьяны Первуниной, директора Института перинатологии и педиатрии Центра Алмазова. Она рассказала об успешных случаях такой сложной операции, как пересадка сердца у детей. Это сложная тема, тут есть и морально-этические, и психологические, и технические аспекты. Тем не менее в Петербурге есть несколько детей, которые живут с пересаженным нашими врачами сердцем.

— Сколько таких детей?

— Впервые в Центре Алмазова трансплантация сердца от взрослого донора была проведена 15-летней девочке в 2011 году. Сейчас таких операций проведено пять, еще несколько детей стоят в листе ожидания. Одной пациентке, пересадка сердца которой прошла успешно, уже 21 год, она учится в университете, живет качественной жизнью, после операции прошло уже пять лет. Еще одна девочка, у которой хроническая сердечная недостаточность была диагностирована в 11 лет, была прооперирована в 2014 году, сейчас заканчивает школу. Есть и маленькие дети, благополучно перенесшие трансплантацию сердца.

Диабетом можно управлять

— По статистике ВОЗ, трех из пяти людей в мире убивают как раз сердечно-сосудистые заболевания, рак, хронические заболевания легких и диабет. Звучит достаточно угрожающе…

— Но и медицина не стоит на месте! Например, диабет. Если раньше диабет первого типа означал инвалидизацию и раннюю смерть, то сегодня он относится к «управляемым болезням». Контроль болезни — это то новое слово, которое вошло в нашу жизнь. Если его рано выявить, отработать инсулинотерапию, использовать высокотехнологические методы (например, помпы) для постоянного введения инсулина по потребностям ребенка, то диабет становится образом жизни, никак на ее продолжительность не влияющим. То же самое можно говорить о бронхиальной астме, которую при адекватной терапии полностью можно контролировать. Сейчас становится все больше иммунопатологических болезней, но и появляются новые виды лекарств.

— Например?

— Например, так называемая биологическая терапия. Она помогает справляться с такими серьезными заболеваниями, как ювенильные (детские) ревматоидные артриты. Это абсолютно инвалидизирующее заболевание, с тяжелейшими болями, коверкающее суставы. Биологическая терапия, если ее проводить заболевшим детям, полностью контролирует это заболевание. Они могут учиться в школе, прыгать и бегать, но несколько раз в год должны получить укол. Это очень дорого стоит, но огромное достижение, что такая возможность есть и в Петербурге детей на биологической терапии становится все больше.





Партнеры