Интерес Соединённых Штатов к Гренландии выходит за рамки вопросов военной безопасности и является частью более широкой стратегии глобального передела, считает генеральный директор Проектного офиса развития Арктики (ПОРА) Максим Данькин, об этом он рассказал в колонке на «Комсомольской правде».
По его словам, для понимания происходящего вокруг Гренландии необходимо ответить на ключевой вопрос – зачем США нужен остров. Формально Вашингтон объясняет свой интерес необходимостью защиты от угроз со стороны России и Китая. Данькин напоминает, что Дональд Трамп ранее заявлял о якобы постоянном присутствии российских и китайских военных кораблей у берегов Гренландии. По словам Трампа, Россия или Китай могут попытаться захватить этот остров, что является вызовом для США, которые не намерены это терпеть.
Эксперт отмечает, что этот аргумент выглядит надуманным. При этом США игнорируют тот факт, что они сохраняют военное присутствие в Гренландии со времён Второй мировой войны.
Он напоминает, что датско-американское соглашение 1951 года о защите территории продолжает действовать и позволяет США направлять в Гренландию неограниченное число военнослужащих. Кроме того, на острове уже размещена самая северная американская военная база – Питуффик, принадлежащая Космическим силам и контролирующая морской и воздушный секторы Северного Ледовитого океана на стыке с Атлантикой.
«Если уж американцам так хочется расширить свою группировку в Гренландии, они могут сделать это хоть сегодня, не нарушая датского суверенитета», – отметил Данькин.
По мнению главы ПОРА, реальные мотивы Вашингтона лежат значительно глубже. Эксперт считает, что американские интересы в регионе носят многослойный характер, а действия на «гренландском фронте» одновременно решают несколько стратегических задач. Ключевая из них – запуск новой фазы глобального передела мира, в которой США стремятся задать правила игры и получить максимальные преимущества.
Данькин также указывает, что после десятилетий продвижения концепции «нового мирового порядка» Вашингтон фактически отходит от принципа нерушимости границ. Если Косово стало прецедентом создания зависимого государства, то теперь, по его словам, США, «опираясь на своё право сильного», переходят к прямому изъятию территорий в собственную юрисдикцию.
«И уже сейчас очевидно, что этот тренд не ограничится одной Гренландией», – резюмировал эксперт.
