Как стать фигурантом дела по «народной статье» и как избежать наказания

События последнего времени актуализировали проблему наказаний по наркотическим статьям в России

15.07.2019 в 17:20, просмотров: 724

Громким скандалом обратилась попытка силовиков «посадить» спецкора издания «Медуза» Ивана Голунова якобы за попытку распространения наркотиков. Лишь массовые общественные протесты спасли журналиста от СИЗО, а возможно, и от колонии. Но дело Голунова, скорее, лишь исключение из правила…

Как стать фигурантом дела по «народной статье» и как избежать наказания
По 228-й в России выносится больше приговоров, чем по какой-либо другой статье УК. Фото: sibdepo.ru

ПИСЬМО ИЗ ПОЛИЦИИ

Петербурженка Ирина Гребенникова стала фигурантом дела по наркотической статье, получив письмо у почтальона. Как передает «МБХ-Медиа. Северо-Запад», все произошло 10 июня. Около семи вечера к Ирине, которая снимает квартиру с молодым человеком, пришел почтальон, принес конверт. Письмо предназначалось владельцу квартиру. Девушка послание приняла, распечатывать не стала, а отложила, чтобы отдать адресату.

Через полчаса в дверь постучали, причем так, как это обычно делает молодой человек Ирины. Она открыла, и тут же люди в штатском ее развернули и поставили лицом к стене. Рядом в той же позе стоял Иринин парень. Вскоре подоспел следователь. Прошел обыск. По словам девушки, ей все время предлагали во всем сознаться, иначе угрожали посадить на 10 лет. Как говорит Гребенникова, на тот момент она не понимала даже в чем можно было бы сознаться. Только позже выяснилось, что в конверте, который принесла почтальон, было запрещенное вещество.

11 июня прошел первый допрос, затем было еще несколько очных ставок. На одной из них Ирина встретилась с «почтальоном» — милой девушкой, которая приносила ей письмо и которая оказалась оперуполномоченным.

Расследование продолжается. Ирину и ее молодого человека оставили пока в качестве свидетелей. Но девушка переживает, что сотрудники органов правопорядка могут исполнить свои угрозы, которые они озвучили еще при задержании, и сделать ее саму и ее парня обвиняемыми как минимум в хранении наркотиков, а то и в попытке их распространения.

«На второй очной ставке стало все страшнее. Нам стали угрожать перевести нас из статуса свидетелей в обвиняемых. Проявили «заботу» — посоветовали найти адвоката. И тут же сказали, что прямо сейчас мы можем быть конвоированы «за решетку». Потом начали уговаривать сотрудничать. Оперативник так и сказал «посмотрите фильм “Стукач” с Джонсоном, там как раз ваша ситуация. Может и вас просто внедрим, вы поможете следствию в расследовании пары дел, и мы вас отпустим». Разумеется, я отказалась. Никогда не слышала ни от коллег, ни от друзей ничего о наркотиках», — цитируют Ирину «МБХ-Медиа. Северо-Запад».

СУВЕНИРЫ ИЗ ДОМИНИКАНЫ

Ирина оказалась втянута в дело по пресловутой «народной» статье 228 всего за полчаса. И даже не скажешь — сама виновата, «сглупила» — она же взяла конверт не у постороннего на улице, а у почтальона. Такой почтальон может постучаться к любому. А еще лучше — оставить конверт в почтовом ящике.

В похожей ситуации несколько лет назад оказались пятеро туристов из Петербурга. Об этой истории «МК в Питере» рассказал адвокат, вице-президент «Балтийской коллегии адвокатов» Владимир ОКАТОВ.

— То дело началось с печального эпизода. В марте 2015 года в Москве, в аэропорту задержали девушку, гражданку Казахстана Альмиру Шалтаеву. Она летела из Доминиканы. Шла по зеленому коридору на таможне. Рядовой выборочный досмотр. При ней был пакет с «сувенирами» — бутылка рома и сигары. Экспресс-анализ показал, что в роме растворен кокаин. Итог — 11 лет колонии, — рассказывает Владимир Окатов.

Суровый приговор был вынесен девушке, несмотря на то, что доказательства говорили в ее защиту. Как выяснилось, она в тот год зимовала с друзьями в Доминикане. Поссорилась с ними, деньги закончились. Нужно было возвращаться домой в Алма-Ату. Пока ждала перевод из дома, остановилась у гида-россиянина, который любезно предложил помочь. В ответ всего-то и попросил довезти презент другу-москвичу.

Как показали экспертизы на бутылке и на сигарах даже не было отпечатков пальцев девушки. И сам гид, которого потом задержали, и его друг, встречавший Альмиру в аэропорту, показали на суде, что девушка не знала, что в пакете, ее использовали втемную. А других доказательств ее умысла (например, добытой переписки или записи телефонных разговоров) у гособвинения не было. Несмотря ни на что, она отбывает срок в колонии в Чувашии.

ПРИСЯЖНЫЕ «ДОБРЕЕ»

— Примечательно, что в аналогичной ситуации, но уже в Петербурге, такие же «курьеры» остались в итоге свидетелями, а других обвиняемых, которых следствие считало организаторами, суд и вовсе оправдал, — отмечает Владимир Окатов.

Это был второй эпизод того же дела о наркотиках в роме из Доминканы.

— Среди подсудимых тогда был наш подзащитный. Его считали организатором преступной группы. Фактически он просто помог туристам в аэропорту. Он был знаком с парнем, который их встречал и отправлял. В день вылета тот попросил моего доверителя сдать арендованную машину в пункт проката, — рассказывает Окатов, — А потом выяснилось, что у туристов перевес. Им нужны были местные песо, чтобы расплатиться, и он их выручил. Бутылки с ромом, где был растворен наркотик он в глаза не видел. Но его обвиняли в организации всего преступления.

В тот раз обвиняемому помог суд присяжных. Он решил, что предоставленные прокуратурой факты не доказывают, что человек виновен.

— Пытаться убедить федерального судью в невиновности подзащитного намного сложнее, чем обычных незаинтересованных людей, — отмечает адвокат.

Это важный нюанс. Как показывает практика, присяжные гораздо чаще выносят оправдательные приговоры, чем обычные судьи, в том числе по наркотическим статьям УК. Для тех, чье дело сфабриковано, или когда следствие необоснованно усиливает вину обвиняемого, присяжные — реальный шанс на спасение. Им проще доказать, что найденные при человеке наркотики еще не означают, что он собирался их распространять. А значит, судить его можно за хранение, но не за изготовление, перевозку или сбыт.

ЛОМКА — ИДЕАЛЬНАЯ ПЫТКА

228-ю статью уголовного кодекса («Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ…» их аналогов и растений, из которых они получаются) еще называют «народной». В 2018 году по ней осудили 74 752 человека. Это больше, чем по любой другой статье.

Юристы, правозащитники и те, кто выходит из мест заключения, скажут, что по «наркотическим» статьям сейчас сидит очень много людей. Но в большинстве своем это не крупные мафиози, организаторы незаконного сбыта или оптовые поставщики. Гораздо чаще можно встретить потребителей, мелких барыг, так называемых «закладчиков».

Проблема 228-й, по мнению правозащитников, в том, что серьезные наказания предусмотрены за не такие уж большие объемы изъятых наркотиков. Порой до 10 лет можно получить по сути за суточную дозу вещества для одного наркомана.

О смягчении наказаний, их адекватной дифференциации уже давно просят те, кто работает с обвиняемыми по наркотическим статьям. Но на последней прямой линии президент России дал понять, что смягчения статей 228 и 228.1 в ближайшее время можно не ждать.

— Да, действительно, когда мы посещаем колонии, особенно не строгого режима, то там видим очень много людей, сидящим по наркотическим статьям. А кроме того, также тех, кто отбывает срок по так называемым наркопотребительским статьям — в основном за разбой и кражи, совершенные для того, чтобы добыть средства на новую дозу, — говорит секретарь Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Петербурга Екатерина КОСАРЕВСКАЯ. — Встречаются и те, кто жалуется, что наркоэпизоды им добавили во время следствия потому, что у них уже была «наркоистория». Несколько раз мы получали обращения с жалобами на пытки. В том числе общались с девушкой, которая рассказывала, как из нее и еще одной женщины выбивали показания по 228-й статье в одном и том же отделе полиции. Хотя есть более «простой» вариант пытки, о котором нам часто рассказывают. Когда задерживают наркомана, то сотрудники полиции просто дожидаются начала ломки у него, в этот момент на человека очень легко надавить, чтобы он взял на себя не только хранение, но и, например, сбыт наркотиков.

 

КАК ВЕСТИ СЕБЯ, ЕСЛИ ВАС ПОДОЗРЕВАЮТ В ХРАНЕНИИ, ПЕРЕВОЗКЕ ИЛИ СБЫТЕ НАРКОТИКОВ

Эксперты-юристы рекомендуют:

  • ни в коем случае не трогать ничего, что передают сотрудники полиции, чтобы не оставлять свои отпечатки пальцев на пакетах, свертках и любых емкостях, где может быть наркотик;
  • настаивать на вызове адвоката. Но для этого нужно иметь номер защитника в своем телефоне или хотя бы точно представлять, кому из близких можно позвонить и попросить срочно найти адвоката;
  • по возможности позвонить в службу 112 и пожаловаться, что вам подбросили наркотики или оказывают давление. На суде у стороны обвинения не будет аргумента, что вы изначально со всем были согласны.

 

В России год от года сокращается число зарегистрированных преступлений. В 2016-м их было около 26 миллионов, в 2018-м — около 24.

Как считают эксперты, дело не в том, что число преступлений сокращается. Скорее, растет их скрытая часть. А она по некоторым статьям может доходить до 80 процентов (например, по коррупционным нарушениям).

Около 10 процентов преступников можно назвать рецидивистами. Это около 8 миллионов человек. При этом до 45 процентов обвинительных приговоров выносятся в отношении ранее судимых.

Из общего числа преступлений уголовные дела в 2018 году были возбуждены примерно по 2500 тысячам. В судах при этом рассмотрели около 900 тысяч дел.

Такая статистика «на уменьшение» — от количества преступления до количества рассмотренных судом дел — связано с разными факторами, в том числе с волокитой в органах следствия и в самих судах. Примечательно, что на полку чаще отправляются дела, возбужденные «по факту». Это «консервы», которые силовики могут «вскрыть при необходимости» (если так сложится, что дело раскроется или если его нужно будет кому-то «добавить»). А вот дела, заведенные в отношении конкретных людей, органы следствия стараются доводить до суда.

Сегодня процент оправдательных вердиктов федеральными судьями составляет 0,02 процента. Фактически, как подсчитали в Институте проблем правоприменения, среднестатистический судья выносит оправдательный приговор один раз в семь лет!

Доля оправданий при суде присяжных — 15-17 процентов.

У подсудимых есть два варианта поведения: признать вину и надеяться на смягчение приговора (но тогда оправдание уже невозможно) или не признавать и пытаться добиться полного оправдания.