В Доме журналиста на Невском проспекте, 70, 8 сентября откроется экспозиция, посвящённая 85-летию со дня начала блокады Ленинграда. Она рассказывает о работе сотрудников ленинградских газет, журналов, радио и информагентств в ту трагическую и героическую эпоху. Корреспондент «МК в Питере» Диана Чиванова побывала на выставке накануне открытия и узнала, как слово «блокада» входило в обиход, кто продавал газеты на улицах осаждённого города и почему фотографии военных лет больше похожи на гравюры.
Когда появилось слово «блокада»
Сегодня слово «блокада» кажется неотъемлемой частью истории Ленинграда. Но, как выяснилось, оно вошло в обиход далеко не сразу. Куратор музея журналистики Юрий Светов, который создавал экспозицию вместе с коллегами, признался, что этот вопрос стал для него настоящим открытием.
«Слово "осада" было больше в ходу, потому что была осада Перемышля в Первую мировую войну, осада Мадрида, многое другое. Просто это слово было более понятно, чем слово "блокада". Но блокада постепенно стала входить в обиход», — рассказал Юрий Светов.
Первое официальное упоминание, по его словам, встречается в постановлении Военного совета Ленинградского фронта от 10 января 1942 года. Там говорится: «В целях охраны войсковых тылов фронта и подступов к Ленинграду в настоящее время и после снятия блокады Ленинграда...». А уже в конце 1942 года в директиве Ставки Верховного Главнокомандования говорится о «прорыве блокады Ленинграда».
При этом, как отмечает Светов, даже американский журналист, уроженец России Шапиро, блестяще владевший русским языком, в своих репортажах из Ленинграда использовал слово «осада» (siege), а не «блокада». Для англоязычного мира это понятие было привычнее.
«Мы должны понимать, что это не сразу понятие вошло в нашу жизнь. Но теперь уже никуда не уйдёт», — подчёркивает куратор.
Апофеозом стало появление слова в песне о Ладоге, опубликованной в газете «Фронтовые дороги» 17 декабря 1942 года: «Дорога здесь пробита сквозь блокаду. Знаем мы: кровавая блокада исчезнет скоро, словно тень».
Газеты блокадного города
На четвёртом этаже Дома журналиста развёрнута целая экспозиция — от первых дней войны до Победы. Здесь можно увидеть главные газеты того времени: «Ленинградскую правду» и «Смену», а также многотиражные издания, которые выходили на предприятиях. Многие из них прерывались из-за эвакуации заводов, но некоторые, как «Кировец» или «Молот», продолжали выходить даже в самые тяжёлые дни.
Особое место занимает газета «Ленинградская правда на оборонной стройке» — специальные выпуски, посвящённые тем, кто строил оборонительные сооружения вокруг города. На фотографиях — лица простых ленинградцев, самоотверженно трудившихся на рытье окопов и возведении укреплений.
Интересно, что качество снимков того времени оставляет желать лучшего: они больше похожи на гравюры. Куратор объясняет это нехваткой химикатов для проявки плёнки. Бумага для газет тоже была разной — от плотной до почти папиросной, её везли по Дороге жизни, а иногда доставляли самолётами.
«Враг у ворот» и «Шагай к победе»
В экспозиции представлены оригинальные заголовки газет осени 1941 года: «Враг у ворот», «Укрепим все подступы к Ленинграду!», «Врагу не сломить нашей воли к победе». Газета «Смена» напечатала стихотворение Юрия Инге «Комсомольцам» с заключительными словами: «За наше дело, дело правое // Шагай к победе, молодежь!». Сам поэт погиб в Таллинском прорыве в августе 1941 года.
В экспозиции также представлена оперативная сводка о первом налёте авиации на город 8 сентября 1941 года: сброшено более 6 тысяч бомб, пострадало 235 человек, разрушены десятки домов. Корреспондент ТАСС Павел Лукницкий, наблюдавший за атакой, писал, что женщины были готовы тушить зажигательные бомбы и «спокойно приготовлены средства для этого».
Военкоры: от Невского пятачка до Берлина
Отдельный раздел выставки посвящён военным корреспондентам. Здесь можно узнать о репортёрах, которые работали на передовой, рискуя жизнью. Один из них — Михаил Маграчёв, который вёл репортажи с Невского пятачка, а 3 мая 1945 года из центра поверженного Берлина сообщал о победе.
В экспозиции представлены фотографии трёх военкоров, снятые через год после окончания войны: Сергей Смирнов (стрелок-радист и фотограф, автор знаменитого снимка «Проверено, мин нет» в Дрезденской галерее), Коновалов (автор фотографии прорыва блокады) и Мазилев (снимал 8 мая 1945 года в Берлине).
Выставка также рассказывает о современных военкорах, работающих в зоне СВО: Романе Пименове (награждён медалью), Родионе Северьянове (тяжело ранен в руку, но вернулся к работе), а также о специальных выпусках «Петербургского дневника», которые доставляют на линию боя.
